При Ходже такого не было
Неблагодарные албанцы сносят памятник своему вождю
В годы Энвера Ходжи албанцы, знавшие русский язык, шутили, что Тирана (собственно столица) названа в честь тирана. Но за эту шутку можно было оказаться в местах не столь отдалённых. Ночью 11 апреля 1985 года после кровоизлияния в мозг Энвер Ходжа умер в возрасте 76 лет. На похороны из-за рубежа в Тирану допустили только лидеров «истинных марксистско-ленинских партий» и эмиссаров из КНДР. Коммунизм после этого продержался недолго. После его падения большая часть молодёжи села на корабли и уплыла на Запад, многие нелегально пересекали границу с Грецией в поисках способов выживания на фоне полного распада структур коммунистической власти, голода, безработицы и общественного хаоса.
В сегодняшней Албании от «албанского социализма», по сути, не осталось ничего, кроме бункеров. В 1990-е страна пережила нехилые потрясения, вылившиеся в очередную иностранную военную операцию на её просторах с привлечением тех самых итальянцев, что за полвека до того пытались аннексировать страну. Албанцы за 1990-е приобрели на Балканах славу тех ещё смутьянов, поучаствовав в разборках в Косово, Боснии, Македонии и прочих горячих точках, оттянувшись за все сорок с лишним лет красного воздержания. Кто знает — возможно, прав был известный дипломат-литератор XIX века, описывая албанский народ так:
Албанец любит лишь войну, корысть и гостеприимство; ещё недавно он одинаково был чужд и турку, и греку и одинаково друг им, когда ему это было выгодно. В личных делах албанский горец совершенно не верен дружбе и слову; он любит кровь и месть и не боится смерти. Его одежда прекрасна даже и в бедности, и поступь его изящна и легка.
Константин Леонтьев, дипломат, писатель и, кстати, славянофилъ
5
Я договариваюсь побеседовать об Энвере Ходже с Дьёни Хюсаем, историком из Тираны. Мы садимся в кафе в Блоке, некогда закрытом районе людей власти, а сегодня самой модной и самой дорогой части Тираны. Заказываем буреки — выпечку из слоеного теста с начинкой из мяса и сыра — и Дьёни начинает рассказ.
— Ходжа был сыном имама из Гирокастры, города на юге Албании. Когда началась Вторая мировая война, он вступил в ряды партизан-коммунистов. И быстро пошел в гору. Почему? Потому что был безжалостный и убивал всех, кто мог встать у него на пути: товарищей по отряду, людей, которые им помогали. Он велел убить своего родственника, который не раз прятал его в своем доме.
— Почему?
— Для него самым важным была власть. Он убивал любого, кто мог ее у него отобрать. Любого, кто обладал силой и пользовался уважением людей.
После войны Ходжа был уже бесспорным лидером страны. Он коллективизировал деревни, осушал болота, боролся с неграмотностью, строил фабрики. Все это он делал на деньги своих союзников: сначала из Югославии, а позже, когда он рассорился с Югославией, из Советского Союза. Еще позже, когда он разошелся и с СССР, — на деньги из Китая. Ходжа хотел вытащить Албанию из Средневековья (когда он пришел к власти, 80 % населения страны жило сельским хозяйством; примерно столько же не умело ни читать, ни писать) и превратить ее в современную страну.
Ходжа эффективно боролся и с сифилисом, и с малярией, и с неграмотностью. Когда он пришел к власти, средняя продолжительность жизни в стране составляла сорок два года; через тридцать лет она выросла до шестидесяти семи. За два де‑сятилетия почти все албанские дети пошли в школы, а читать и писать научились 90 % албанцев.
При этом Ходжа продолжал убивать, как в годы войны.
— Сразу после войны он приказал убить своих школьных друзей, помнивших, как он ужасно учился. И девушек, отвергнувших его ухаживания, — продолжает Дьёни Хюсай. — А также тысячи людей, не соглашавшихся с его политикой твердой руки. Он создал систему лагерей и политических тюрем. В лагеря сослали примерно двести тысяч человек. Их ждал изнуряющий труд в шахтах и на стройках. Многие погибли.
За годы правления Ходжи расстреляли примерно шесть тысяч человек.
Людям все чаще было нечего есть. Но стоило кому‑то при всех сказать, что в стране дефицит мяса, как его отправляли в лучшем случае в трудовой лагерь, в худшем — к стенке.
Внешняя политика
Внешне ничего не менялось: Ходжу, как и прежде, в советской прессе называли другом и союзником, а Албанию — братской страной. Но подспудно противоречия нарастали. Ходжа был не согласен с политикой либерализации жизни СССР, проводимой Хрущёвым. На XX съезде КПСС, когда Хрущёв выступил с закрытым докладом о «культе личности» Сталина, Ходжа и Чжоу Эньлай в знак протеста покинули съезд, не дождавшись его закрытия. Вскоре состоялся III съезд АПТ (), на котором многие делегаты, под влиянием хрущёвского доклада в Москве, подвергли резкой критике Ходжу и Шеху. Предполагают, что эта акция была подготовлена с помощью хрущёвского Политбюро.
Однако в том же году в Албании началась новая кампания борьбы с «реставраторами капитализма», в ходе которой были репрессированы сотни оппонентов Ходжи и члены их семей. Руководство Албании (вместе с лидерами КНР) отказалось от десталинизации географических названий и страны в целом. Более того, в канун 80-летия Сталина Э. Ходжа учредил орден Сталина[источник не указан 22 дня]. Советско-албанские отношения ухудшились и через несколько лет были прерваны на долгие годы. Разрыв с Албанией лишил СССР военно-морской базы на Балканах и способствовал падению авторитета Хрущёва. Одновременно с этим албанские лидеры сблизились с Китаем. Руководство КНР в 1957 году заверило Ходжу в политической и экономической поддержке.
Летом 1959 года Хрущёв приехал в Албанию, надеясь заставить её лидеров изменить политику, и пригрозил прекратить помощь Тиране. Разногласия урегулировать не удалось.
В 1962 году Албания вышла из СЭВ, а в 1963 году заявила, что не намерена выплачивать долги СССР и его союзникам.
Ходжа переориентировался на Китай и «закрыл» страну для всего остального мира. В шестидесятые-семидесятые годы Албания сотрудничала с Китаем, его экономическая и техническая помощь была ей необходима. Располагая разнообразными природными ресурсами, страна остро нуждалась в перерабатывающих отраслях промышленности, коммуникациях, в инвестициях и квалифицированных кадрах. Оборонный потенциал Албании тоже поддерживался в те годы за счёт импорта. Поэтому Ходжа, несмотря на идеологическую «несовместимость» с маоистами, всячески содействовал албано-китайскому сотрудничеству.
С по 1972 год Албания представляла интересы КНР в ООН, а с 1972 года китайцы и албанцы в ООН совместно критиковали руководство СССР и США, призывали развивающиеся страны объединиться в борьбе со сверхдержавами. Для КНР Албания долгое время оставалась единственным политическим союзником в Европе и мире, «глашатаем» в ООН и важным пропагандистским партнёром.
В конце шестидесятых годов КНР пошла на примирение с Западом. Албано-китайские отношения резко ухудшились. В 1968 году Ходжа заявил о выходе из Варшавского договора в связи с вводом войск в Чехословакии. Единственной страной Варшавского блока, с которой поддерживались отношения, была Румыния, лидер которой, Чаушеску, осудил вторжение в Чехословакию. Ходжа продолжал оказывать помощь Индокитаю, арабским странам, жертвам «израильской агрессии» (а также Западносахарской республике, провозглашённой в 1967 году и боровшейся с марроканской интервенцией), активизировал отношения с Кубой. В связи с сокращением экономических контактов с Китаем Албания возобновила торговлю со странами СЭВ, кроме СССР. Продолжая критиковать Тито, Ходжа санкционировал торговый обмен и с Югославией. Но от сотрудничества с Западом Албания по-прежнему решительно отказывалась.
Энвер Ходжа с уважением относился к де Голлю, который, в свою очередь, симпатизировал Ходже и Албании, не зависящей от США и СССР. Это способствовало развитию албано-французских связей, в том числе и в военной области. По многим проблемам (Палестина, Индокитай, Южная Африка, ядерные вооружения) де Голль и Ходжа имели сходные позиции. VIII съезд АНТ () провозгласил победу социализма и начало строительства коммунизма в Албании. Одновременно Ходжа начал пробовать расширять внешнеэкономические связи.
Экономические причины вынудили Албанию увеличить торговлю с Югославией, скандинавскими странами, со странами СЭВ (кроме СССР), Ираном и возобновить с 1984 года торговый обмен с Китаем. Ходжа не примирялся с руководством СССР. Советское руководство не отвечало на критику Тираны с 1965 года. Албанию замалчивали в средствах массовой информации. Советская пропаганда умалчивала о развитии Албании. В и 1983 годах ЦК КПСС предлагал Тиране нормализовать отношения, но в ответ получал критику и ультиматумы, которые игнорировались советскими лидерами[источник не указан 49 дней].
Комментарии
Галушка Александр Сергеевич
министр Российской Федерации по развитию Дальнего Востока (2013 г. —2018 г.)
Готлиб фон Ягов
немецкий дипломат
Людмила Николаевна Юрьева
украинский психиатр, доктор медицинских наук, профессор, академик АН Высшей школы Украины и Украинской АН, заведующая кафедрой психиатрии факультета последипломного образования Днепропетровской государственной медицинской академии
Юста Грата Гонория
сестра императора Западной Римской империи Валентиниана III
Анагабриэла Эспиноза
Эмилия Лепида
римская матрона, дочь консула 1 года Луция Эмилия Павла и внучки Октавиана Августа Юлии Младшей, жена консула 19 года Марка Юния Силана
Элия Петина
часто — Элия Пецина
Рудольф Шпаннер
немецкий профессор, директор анатомического института в Данциге
Внутренняя политика
|
Бункер в Албании |
В Албании существовала экономико-социальная система, которая была точной копией советской сталинской эпохи. Также благодаря разрыву с социалистическими странами Востока Албания достигла полной самообеспеченности в отношении производства продуктов питания, лекарств, промышленных и энергетических установок. Таким образом, страна впервые в своей истории начала экспортировать многие промышленные товары, значительно сократив экспорт сырья.
В году, после двух десятилетий все более усиливающейся атеизации, Ходжа торжествующе заявил, что нация стала первой страной, где государственный атеизм был прописан в Конституции . В нем 1976 года статья 37 гласила: «Государство не признает никакой религии и поддерживает атеистическую пропаганду для привития людям научно-материалистического видения мира», а 55 запрещала создание «любых организаций фашистского характера». ., антидемократическую, религиозную или антисоциалистическую» и запрещенную «фашистскую, антидемократическую, религиозную, воинственную или антисоциалистическую деятельность или пропаганду , а также разжигание национальной или этнической ненависти».
Считается, что одной из главных причин насильственного атеизации было стремление воспрепятствовать и предотвратить какие-либо расколы внутри албанского общества, которое раздроблено и потенциально подвержено, по мнению коммунистов, религиозным конфликтам.
Статья 55 Уголовного кодекса 1977 года предусматривает лишение свободы на срок от 3 до 10 лет за религиозную пропаганду и изготовление, распространение или хранение религиозных писаний. Частично вдохновленный Великой культурной революцией в Китае , он приступил к конфискации мечетей, церквей, монастырей и синагог. Многие из них были преобразованы в музеи или общественные учреждения, другие в механические мастерские, склады, конюшни или кинотеатры. Родителям запрещалось давать своим детям религиозные имена. Деревни с именами святых были переименованы в нерелигиозные названия.
Согласно отчету Amnesty International , опубликованному в году, при Ходже положение с правами человека в Албании было безрадостным. Из-за изоляции и ухудшения отношений с советским блоком некоторые гражданские права, такие как свобода слова , вероисповедания, печати и ассоциации, хотя и провозглашались конституцией 1976 г., были значительно ущемлены законом 1977 г. для обеспечения стабильности и порядка.
Права человека
В конституции 1976 года некоторые статьи ограничивали осуществление политических свобод, которые правительство интерпретировало как противоречащие установленному порядку. Кроме того, правительство отказало населению в доступе к другой информации, кроме той, которая распространялась подконтрольными правительству СМИ. Внутри Сигурими следовал репрессивным
методам НКВД , МГБ , КГБ , восточногерманской Штази и Секуритате в Румынии .
До прихода к власти
Дом в Гирокастре, где прошли детские годы Э. Ходжи. Ныне музей.
Ходжа родился в городке Гирокастра на юге Албании, которая в то время входила в состав Османской империи. Отец его, торговец тканями, постоянно был в разъездах по Европе, поэтому воспитанием занимался в основном его дядя, Хисен Ходжа. Хисен Ходжа был сторонником независимости Албании (Энверу было четыре года, когда Албания получила независимость) и борцом против репрессивной политики правительств, которые правили страной после обретения самостоятельности. Энвер проникся идеями дяди, в особенности после того, как в 1928 году к власти в стране пришёл король Зогу.
В 1926 году Ходжа окончил начальную школу в Гирокастре, затем лицей в городе Корче (летом 1930 года). Увлекался музыкой, писал стихи, организовывал диспуты и литературные вечера. К 25 годам Энвер, успевший овладеть французским и турецким языками, публиковался в прессе и начал знакомиться с трудами Маркса, Энгельса и Ленина.
В октябре 1930 году Ходжа поступил в университет Монпелье во Франции на факультет естественных наук, где учился на государственную стипендию, но вскоре был отчислен. Партийная историография приводит причину — приверженность социалистическим идеям. С по 1936 год был секретарём консульства Албании в Брюсселе, а также изучал право в местном университете и входил в студенческий кружок под руководством Лазара Фундо.
Ходжа познакомился с деятелями албанской секции Французской компартии, а также с такими видными коммунистическими деятелями, как М. Кашен, М. Торез, А. Барбюс, Л. Арагон. Ходжа сотрудничал в «Юманите», редактировал албанский коммунистический бюллетень. Он восхищался деятельностью Сталина и ВКП(б), считая, что Албании нужна именно такая партия. Энвер переводил на албанский важнейшие речи Сталина, постановления большевистской партии, выступления лидеров Коминтерна. Энвер Ходжа, будучи членом Французской компартии, в 1935—1936 годах побывал в Бельгии, где вступил в Бельгийскую компартию, публиковался в её печатных органах.
В своих статьях Ходжа критиковал троцкистов, бухаринцев, «албанских монархо-фашистов» (режим А. Зогу). Греческая и итальянская секции Коминтерна помогли Ходже наладить связи с коммунистическим подпольем в Албании, которое стремилось сформировать свою коммунистическую партию.
Весной 1936 года вернулся в Албанию и стал преподавать французский язык в Корче. Ходжу избрали в руководящий состав коммунистических групп в Корче и Тиране, а в своём родном городе Гирокастре он возглавил такую группу.
В 1938 году в парижской больнице умер от чахотки лидер корчинских коммунистов А. Кельменди. Ходжа, поддержанный греческой и французской секциями Коминтерна и лично Г. Димитровым, возглавил эту группу.
Неоднозначные процессы
Энвер Ходжа, как и многие лидеры стран послевоенной Восточной Европы, — очень сложная личность, которой трудно дать однозначную оценку, отметил в разговоре с RT заместитель директора Института истории и политики МПГУ Владимир Шаповалов.
«Ходжа сделал много для своей страны в годы Второй мировой войны и после неё стоял у истоков современной албанской государственности, в которой он оставил очень значимый след. Под его руководством Албания в течение многих лет была союзницей СССР. Но в то же время нельзя не отметить, что период его пребывания у власти сопровождался многими неоднозначными процессами как во внутренней, так и внешней политике», — подчеркнул эксперт.
- Музей-пирамида в Тиране
При этом для изоляции Албании от СССР и всего Варшавского блока во время холодной войны не было объективных политических причин, считает Владимир Шаповалов.
Балканист кафедры истории южных и западных славян МГУ имени М.В. Ломоносова Владимир Путятин в беседе с RT напомнил, что Албания была полностью аграрным придатком Османской империи, где не существовало как такового рабочего класса, на который можно было бы опереться коммунисту сталинского толка, которым был Энвер Ходжа.
«Ходжа в этих условиях взял на себя неимоверно сложную задачу по укреплению в Албании коммунистической идеологии, и ему это сделать удалось. Однако после освобождения Албании от фашистов она всё равно осталась заложником интересов великих держав — теперь уже СССР и Югославии. Последней тогда руководил Иосип Броз Тито, который хотел удержать Тирану в сфере своего влияния. Последующие неординарные шаги Ходжи следует рассматривать в контексте холодной войны, когда небольшим государствам приходилось выбирать, какому сюзерену рано или поздно подчиниться», — отметил политолог.
Албании под руководством Ходжи удалось сделать определённый рывок в социальном и индустриальном развитии, однако данный прогресс сопровождался усилением авторитаризма и изоляцией страны, добавил Владимир Путятин.
«Ходжа создал тоталитарное государство с культом личности, который был очень похож на культ личности Сталина
Особое внимание уделялось развитию Сигурими (албанская спецлужба того времени. — RT) и созданию аппарата репрессий
Были постоянные чистки на всех уровнях. Действительно была проведена модернизация в сфере образования, до этого большая часть населения страны была неграмотной. Бурными темпами развивалась промышленность, проводилась электрификация. Но всё это делалось в рамках той самой сталинской модели социализма, с присущими ей перегибами», — рассказал эксперт.
Крайне радикальная сущность ходжаизма как идеологии привела к тому, что не только страны Запада, но и другие социалистические государства со временем были записаны во враги Албании, пояснил Владимир Путятин.
«Югославия обвинялась в буржуазном ревизионизме, сворачивании с верного советского пути развития. Затем то же самое говорилось и о Советском Союзе, когда стали проводиться хрущёвские реформы. Те же обвинения в ревизионизме, то есть в отходе от истинного коммунизма, звучали и в отношении Китая. Эта бесконечная критика, постоянный поиск врагов и чистки не способствовали поступательному развитию Албании», — подчеркнул эксперт.
Во время так называемой «Осени народов» — последовавших за перестройкой в СССР демократических революций в странах Восточной Европы в конце 1980-х годов — Албания пережила тяжёлый кризис, напомнил Владимир Путятин.
«Резкая демократизация политической жизни и отход от плановой экономики привели к росту преступности в 1990-е годы. В 1997 году после краха финансовых пирамид всю страну охватили волнения и беспорядки. Тогда многие уехали из страны, и обширные албанские диаспоры с высоким уровнем криминала появились в Италии, Швейцарии, Австрии, Германии. Вскоре произошли и печально известные события в Югославии и Косове. Если подводить определённый итог, можно сказать, что из-за долгого правления Ходжи и его политики изоляционизма Албания перед лицом глобальных процессов оказалась не в самом выгодном положении», — заключил собеседник RT.
Смерть
Албанская почтовая марка с изображением Энвера Ходжи в 1968 году.
В 1973 году у Ходжи случился сердечный приступ, после которого он так и не восстановил свое полное здоровье. Имея слабое здоровье с конца 1970-х годов, он делегировал большую часть своих обязанностей Рамизу Алиа . В свои последние дни он был прикован к инвалидному креслу из-за диабета , которым он страдал с 1948 года, и ишемии головного мозга , от которой он пострадал в 1973 году. 9 апреля 1985 года он перенес тяжелую фибрилляцию желудочков . Все попытки восстановить положение не увенчались успехом, и он умер рано утром 11 апреля 1985 г. , оставив жену Неджмидже и троих детей.
Социальные и экономические реформы
Ходжа объявил себя убеждённым марксистом-ленинцем и восхищался личностью Сталина. О своей поддержке новой Албании Сталин заявил Ходже лично в период его визита в СССР в июне 1945 года. Ходжа присутствовал на Параде Победы, был в Сталинграде, получил заверения в советской технической и научной помощи. Уже в августе 1945 года в Албанию прибыли первые советские пароходы с продовольствием, оборудованием, машинами, медикаментами.
В страну стали приезжать из СССР геологи, нефтяники, конструкторы, преподаватели, врачи. Сотни албанских студентов начали обучаться в советских вузах. Э. Ходжа сказал в том же году, что Албании предстоит индустриализация, коллективизация, «культурное перевоспитание народа» и она пойдёт по пути СССР.
Сразу после войны возник конфликт между Ходжей и Тито. Тито, Джилас и Кардель уговаривали Энвера поддержать идею образования конфедерации и вхождения Албании в состав Югославии. Но Ходжа был непреклонен. Он убеждал Политбюро ЦК ВКП(б) в опасности политики Тито, предупреждал, что Белград обманывает сталинское руководство. Когда его бывшие союзники — югославские коммунисты — идеологически разошлись с Москвой в 1948 году, он порвал с ними отношения.
Ходжа и его сторонники, поддерживаемые Москвой, в 1947 году совершили переворот в партии. Энвер стал первым секретарём ЦК, а М. Шеху — его первым заместителем. Позднее, в 1954 году, Шеху был назначен премьер-министром.
Летом 1947 года Ходжа вновь приехал в СССР. Сталин вручил ему орден Суворова, который Энвер всегда надевал во время официальных церемоний. Албании был предоставлен льготный кредит на закупку разнообразных советских товаров. Ходжа заявил на обеде в Кремле, что «Сталин и Советский Союз — наши спасители и товарищи. Мы, албанцы, клянёмся вам в вечной дружбе и преданности». В 1950 году Албания вступила в СЭВ, а в 1955 году — в Варшавский договор.
После того, как Ходжа стал лидером партии, его именем был назван первый в Албании автотракторный комбинат, построенный в Тиране в 1946 году с помощью СССР. Впоследствии имя Ходжи было присвоено многим заводам, колхозам, улицам, школам, горным вершинам, а также столичному университету. I съезд Албанской компартии (вскоре переименованной в партию труда), состоявшийся в 1948 году, декларировал приверженность опыту СССР и ВКП(б), солидаризировался с Коминформбюро и призвал албанцев выполнять «сталинские пятилетки». На этом съезде присутствовал и выступил Шепилов. В 1948—1951 годах в стране и партии развернулась кампания «борьбы с врагами народа и агентурой Тито». Согласно уголовному кодексу Албании (1948) максимальный срок ссылки или тюремного заключения составлял 30 лет.
II съезд Албанской партии труда (1952) объявил о завершении восстановления страны и её планомерном развитии. Первый 5-летний план Албании был разработан в советском Госплане. Сталин и Ходжа внесли в этот план ряд корректив, после чего его направили в Албанию, где разворачивались коллективизация сельского хозяйства, строительство электростанций и предприятий, перерабатывавших разнообразное албанское сырьё. Начали развиваться связи Албании с Китаем, Вьетнамом, ГДР и другими странами народной демократии. В начале 50-х годов в Тиране и Дурресе были сооружены заводы-дубликаты ЗИС и ЗИМ— подарок Сталина Албании. С помощью СССР строились железные дороги и школы, новые города и посёлки, оснащалась албанская армия.
В речи на XIX съезде КПСС Ходжа высказался о положительной роли Сталина, успехах СССР, критиковал США, Запад и Тито. Ещё будучи в Москве, Ходжа одобрил очередную «чистку» в Албании, которая продолжалась до 1955 года. Вернувшись в Тирану в январе 1953 года, он чуть позже узнал о кончине Сталина.
Он стал более осторожным с новыми лидерами в Москве и более жёстким в своей собственной стране. 5 марта 1953 года он не поехал на похороны Сталина, сославшись на внезапную болезнь. Не присутствовал в те дни в Москве и Мао Цзэдун. И Ходжа, и Мао подозревали окружение Сталина в заговоре против него.
Борьба с оккупантами
Ходжа лишился учительской работы, когда в апреле 1939 года Албанию оккупировали войска Муссолини, за то, что отказался вступать в Албанскую фашистскую партию. По решению Исполкома Коминтерна Ходжу переправили в Албанию вместе с двумя помощниками из ЦК ВКП(б), которые обеспечивали связь со Сталиным.
Итальянский оккупационный суд заочно приговорил Ходжу к смерти. Но несмотря на это он активно занимался антифашистской деятельностью: писал прокламации и статьи, организовывал, работая на нефтепромыслах, лесоразработках, в морских портах, профсоюзах, участвовал в акциях протеста против итальянских оккупантов.
Одновременно с этим он добивался руководящего положения в создававшейся тогда компартии Албании. В Албании участились диверсии и другие акты саботажа против итальянцев. Партизанские отряды всё чаще вступали в бои с оккупантами и коллаборационистами. Наиболее активным партизанское движение было в южной Албании, его руководителями являлись Ходжа, Шеху, Банлуку, Леши, Пеза.
Он организовал табачную лавку в Тиране, которая вскоре стала местом встреч небольшой коммунистической группы.
Подпольная конференция коммунистов Албании, созванная в Тиране 7 ноября 1941 года, провозгласила создание Компартии Албании. Её первым секретарём был избран соперник Ходжи К. Дзодзе. Заместителем Дзодзе стал Энвер. Он же был утверждён в качестве главнокомандующего партизанскими формированиями.
В 1942 году Ходжа женился на 20-летней Неджимие Руфи, дочери рабочего нефтепромысла из города Кучова. Она стала единомышленником мужа во всех его начинаниях. Была членом политбюро, секретарём ЦК, председателем Демократического фронта Албании (так с 1946 года стал называться созданный в 1943 году Национально-освободительный фронт).
Осенью 1942 года Ходжа приехал в Москву, где встретился со Сталиным, Молотовым, Ждановым, Маленковым, Микояном и Димитровым. Он заверил их в неотвратимости разгрома фашистов и их пособников, в намерении построить социализм в Албании на основе учения Ленина-Сталина.
В конце пребывания Ходжи в Москве СССР выступил с заявлением (декабрь 1942 года), в котором подчёркивалась необходимость восстановления независимости Албании и отвергались территориальные претензии Италии и Греции к этой стране. Данное заявление явилось ударом по планам Черчилля, который не исключал возможности раздела после войны Албании между Италией, Грецией и Югославией.
После разгрома нацистов под Сталинградом и Курском и успешных операций Албанской народно-освободительной армии (АНОА) стратегическая инициатива в Албании полностью перешла к коммунистам.
В 1944 году немецкие войска в Албании были разгромлены, их остатки ушли в Югославию, АНОА участвовала в освобождении северо-западной Греции, а также Черногории, Македонии и Сербии (Косово). С октября 1944 года Э. Ходжа стал премьер-министром и одновременно министром иностранных дел во вновь сформированном правительстве. Верховным главнокомандующим Энвер Ходжа оставался вплоть до своей кончины.
На Потсдамской конференции (1945) Сталин предостерёг Черчилля от реализации планов раздела Албании.
Итоги правления
Энвер Ходжа пытался построить социалистическое государство по советской модели сталинского периода. Руководил страной в условиях практически полной международной изоляции.
Албанская пропаганда заявляла, что коммунистическая Албания полностью обеспечила свои потребности в продовольствии, развивает промышленность, электрифицировала большинство сельских районов, искоренила неграмотность и болезни.
С падением коммунистического режима железный занавес был снят. Албания отнюдь не была той индустриально развитой, передовой страной, как утверждала коммунистическая пропаганда. Фактически это была отсталая страна по меркам не только западных капиталистических стран, но и стран Восточного блока, таких как Болгария и Румыния. Индустрия Албании уступала в развитии, в сельском хозяйстве использовались устаревшие методы, а телефонная связь, уже давно вошедшая в обиход в соседних странах, оставалась недоступной для всех албанцев, исключая высших чиновников коммунистической партии. Зарплаты рабочих и уровень жизни были низкими по меркам любой европейской страны, что привело к массовой эмиграции албанских рабочих в соседние Грецию и Италию, где уровень жизни даже у незаконных иммигрантов был выше, чем в Албании.[источник не указан 49 дней]
Бетонные бункеры в Албании
Наследием Ходжи стал комплекс из 600 тысяч (по другим данным — 900 тыс.) бетонных бункеров, сосредоточенных по всей стране (насчитывающей 3 миллиона жителей), которые планировалось использовать в качестве наблюдательных пунктов и артиллерийских огневых позиций.
Первые годы после смерти Энвера Ходжи прошли под знаком его заветов. В 1988 году торжественно отмечалось его восьмидесятилетие, воздвигались памятники, музеи. В начале девяностых общество Албании раскололось. Было отмечено, что на юге преобладали энверисты, на севере его противники. Происходило уничтожение монументов и других памятных знаков, связанных с Ходжей и коммунистическим прошлым. Энверисты угрожали пойти в поход на Тирану и расправиться с Рамизом Алией как не защитившим память вождя. Происходили столкновения, с обеих сторон имелись жертвы. Анархия девяностых породила ностальгию: «При Энвере был порядок!»
После смерти Ходжи внутренняя и внешняя политика Албании стали менее жёсткой, вследствие общего кризиса коммунистической системы в Восточной Европе. В Албании это привело к отказу в 1990 году от однопартийной системы, а также к поражению реформированной Социалистической партии на выборах 1992 года.